Создателей подпольного покерного клуба вывели на чистую воду

07.09.2021
Азартная сфера везде находится под пристальным государственным контролем. У нас создана четкая система по ее регулированию. Речь об уплате налогов, отслеживании криминальной ситуации в этом специфическом предпринимательстве, реализации мер по ограничению допуска отдельных лиц к рулеткам и карточным столам. Как действовать в реальном пространстве – понятно. Иное дело – нелегальные онлайн-структуры, в отношении которых порой не известно, кому они принадлежат и куда уплывает доход. Как навести порядок в мире ставок?

Карты, фишки, два стола

На горячую линию Министерства по налогам и сборам поступил весьма интересный звонок. Речь шла о существовании в Жлобине нелегального игорного бизнеса. Полученная информация послужила основанием для проведения проверки. Занялся ею отдел оперативных мероприятий ИМНС по Жлобинскому району. Позднее к делу подключился межрайонный отдел Департамента финансовых расследований КГК по Гомельской области. 

В поле зрения попало заведение под вывеской Cadillac. В реестре налогоплательщиков по этому адресу значилась фирма, которой принадлежал бар, работавший в режиме «от заката до рассвета» – с восьми вечера до шести утра. Но куда больше инспекторов интересовал существовавший здесь так называемый клуб любителей спортивного покера. В последующем организаторы будут утверждать, что всего лишь занимались обучением желающих. Однако проверка установила: на кону стоял отнюдь не спортивный интерес.

Если с лицензией на розничную торговлю алкогольными напитками все было в порядке, то разрешение на проведение азартных игр отсутствовало. А без него любой шаг на карточном поприще автоматически считается нарушением. 

Когда собранной информации было достаточно, налоговики провели рейд. В качестве вещественных доказательств изъяли фишки, два игровых стола. Однако главную ценность представляли компьютер из кабинета администратора и тетрадь с записями – указанием дат и цифр. Такая арифметика ­называется черной бухгалтерией.

По итогам проверки следственным управлением УСК по Гомельской области было возбуждено уголовное дело. 

Его фигурантами стали два человека: 43-летний Александр Карпов долгое время был одним из учредителей и фактическим владельцем Cadillac, хотя официально не занимал никаких должностей, и 37-летний Евгений Родин, который в разные периоды числился и учредителем, и директором заведения. В действительности же исполнял функции администратора, занимаясь организацией турниров. При этом Евгений был азартным и, можно сказать, профессиональным игроком, для которого покер превратился едва ли не в смысл жизни. 

На следствии «люди в теме» констатировали: создать свое казино эти двое могли лишь в тесном тандеме. Один выступал инвестором, другой имел все познания, имя и связи в кругах любителей игры. 

Клуб уходит в тень 

Встреча, переросшая в деловое партнерство, произошла в 2014 году. На тот момент Родин работал администратором в другом покерном клубе, в то время как Карпов присматривался к этому бизнесу и обратился за консультацией. Впечатленный уровнем компетенции Евгения Александр предложил работать у него и даже войти в состав учредителей. Ударили по рукам. 

По сути Карпов покупал действовавший клуб у прежних владельцев, утративших интерес к делу. У них же были приобретены столы, фишки и другое оборудование. Вместе с Евгением на работу к новому владельцу перешла и часть прежнего персонала. 

Спустя несколько месяцев сменивший владельцев Cadillac распахнул двери. Чтобы привлечь клиентов, устроили официальное открытие – с фуршетом и пробным турниром. 

Скоро посетители, костяк которых составляли заядлые игроки, потянулись на огонек. Испытать удачу за карточным столом приезжали из Гомельской, Могилевской и Минской областей. Для проведения игры требовалось участие как минимум восьми человек. Собрать их проблемы не составляло – в среднем турниры проводились несколько раз в неделю. Позднее в одной из соцсетей была создана тематическая группа, участники получали СМС с приглашениями.

Играли в основном в Техасский холдем – самый известный вид покера. По форме практиковались два варианта. При проведении кэш-игры участники оплачивали заведению место за игровым столом. Однако чаще любители покера предпочитали сражаться между собой за призовой фонд. Вне зависимости от исхода баталий казино получало свою комиссию в размере 10–20 процентов от фонда. 

На кон ставились покупавшиеся в кассе фишки, которые по завершении игры менялись на деньги теми везунчиками, у которых они к тому моменту оставались. В общем, все как в обычном казино. С той лишь разницей, что поступавшие деньги не пробивались через кассу, а выручка уходила в тень. Впрочем, по указанию Карпова записи с суммами неучтенной выручки фиксировались как в электронном виде, так и в тетради. Он же решал, какой объем отражать официально, называя цифру из головы. Если же таких указаний не было, работники просто ничего не пробивали. 

При этом в тетради фиксировался лишь чистый доход. То есть деньги, остававшиеся после выдачи выигрышей. Правда, документов, подтверждающих выплаты, не было. Остается лишь гадать, сколько банкнот оседало в карманах участников схемы, не доходя даже до Карпова.

Две разные бухгалтерии

Неспроста один за другим менялись и директора фирмы, под эгидой которой работали бар и клуб. Нанимая их, Карпов объяснял, что и сам занял бы  эту должность, но по разным причинам не может. В действительности он просто страховался, официально не занимая никаких должностей. Однако этот маневр не помог. Многочисленные свидетели подтвердили – командовал парадом  Карпов. Без его участия и одобрения не решался ни один значимый вопрос. 

В июне 2019-го Александр продал свою долю, что, конечно же, не освобождало его от ответственности за уже содеянное.

Благодаря изъятию бухгалтерии – и легальной, и черной – у следствия оказалась вся информация. Ее анализ и сопоставление позволили получить ответы на многие вопросы. К примеру, по данным книги кассира-операциониста, охватившей период год и восемь месяцев, небольшая прибыль имелась только за семь месяцев. Напротив остальных в графе «итого» зиял ноль. Зато в таблицах черной бухгалтерии рисовалась иная картина. Например, за 2016, 2017 и январь 2018-го ни одного нуля в графах не значилось. Самым же успешным оказался 2017-й, в который нелегальное казино принесло свыше 28 тысяч рублей. Всего же сумма незаконного дохода составила почти 80 тысяч рублей.

На следствии Александр Карпов занял глухую оборону, отрицая даже самые очевидные факты. Мол, я не я, и хата не моя. А казино – тем более. Получалось, как в детской песне: не думал, не гадал он, никак не ожидал он. И вообще о том, что в его баре играли в карты на деньги, не имел ни малейшего понятия. 

Успеха, впрочем, такая линия защиты не принесла. Не знать о том, что идет игра, было невозможно. Один из висевших на стене телевизоров использовался как монитор. На него выводилась интересная для игроков информация – размеры призового фонда, ставки, количество участников и т.д. А сорвавшие куш счастливчики не стеснялись в выражении эмоций, оглашая весь клуб радостными воплями. Да и других доказательств осведомленности Карпова имелось с лихвой. 

Более искренним был Евгений Родин. В общем и целом вчерашние партнеры кивали друг на друга, стремясь переложить ответственность и выйти сухими из воды. 

Следствию, которое длилось почти полгода, пришлось опрашивать десятки посетителей. Все они подтвердили, что ходили в клуб не как новички, а как опытные игроки и играли на деньги. 

— Ранее нелегальный игорный бизнес выявлялся в Минске, Витебске, Гомеле, Светлогорске, – комментирует следователь по особо важным делам СУ УСК по Гомельской области Марина Короленко. – Однако привлечь организаторов к уголовной ответственности удалось впервые. 

Решением суда первой инстанции каждый из компаньонов был приговорен к полутора годам лишения свободы. Однако по их апелляционным жалобам областной суд изменил наказание. Евгению Родину его заменили на три года ограничения свободы в исправительном учреждении открытого типа. 

Еще больше повезло Александру Карпову, который и вовсе был амнистирован. В солидарном порядке экс-партнеры обязаны возместить государству причиненный ущерб на сумму около 80 тысяч ­рублей.